Горшеня

Читать сказку «Горшеня»

Захотелось раз царю Ивану Василечу знать, кто в его царстве-государстве разумнее всех будет. Собрал он именитых своих людей: бояр, вельмож, воевод, купцов да попов — и загадал им три загадки:

— Кто на свете всех щедрее?
— Кто всех быстрее?
— И что на свете всего хуже?

Стали именитые люди отгадывать царские загадки. Отгадывали, отгадывали — не могли отгадать. Каждый своё несёт, а всё без толку.

В ту самую пору проезжал мимо царских палат Горшеня, да покрикивал:

— Кому горшки глиняные? Кому тарелочки?

Услышал царь Иван Василеч и приказал привезти Горшеню. Может, он поумнее бояр да попов будет?

Выбежали из палат именитые люди, бросились к Горшене:

— Эй, стой, погоди.

Остановился Горшеня и спрашивает:

— Зачем я понадобился?

Говорят ему именитые люди:

— Хочет царь-государь Иван Василеч тебе три загадки загадать.

— Какие загадки?

— А вот такие и такие.

— Эээй, — говорит Горшеня, — разве это загадки?

Стали бояре да вельможи выспрашивать Горшеню:

— Скажи да скажи отгадки!

— Нет, — отвечает Горшеня, — меня царь зовёт, сам к нему и пойду, сам ему и отгадки скажу.

Принялись они тогда подкупать Горшеню, стали обещать ему злата, серебра. А Горшеня на своём стоит:

— Лучше и не просите. Одному царю скажу.

Нечего делать — ввели они его в царские палаты белокаменные. Поставили перед царём Иваном Васильевичем.

— Здорово, Горшенюшка, — говорит царь.
— Здорово, великий государь.
— А не отгадаешь ли ты, Горшенюшка, мою первую загадку: кто на свете всех щедрее? Вот мои бояре, воеводы да попы говорят, что я щедрее всех буду. Ты что скажешь?

— А я скажу, царь-государь, что щедрее всех — земля. Что ни живёт, что ни растёт — всех она питает.

— Молодец, Горшенюшка! Правильно отгадал. А вот и вторая моя загадка: кто всех быстрее? Мои именитые люди по-разному отвечают. Кто говорит — конь его быстрее всех, кто — собака борзая, кто — сокол, кто — заяц. Какая твоя отгадка будет?

— Не то они говорят, царь-государь. Быстрее всего мысли. Мыслью весь мир вмиг облетишь.

— И этот ответ хорош. А как ты третью мою загадку отгадаешь: что на свете хуже всего? Один боярин соседа своего называет, другой — жену злую.

— Бестолку их ответы, царь-государь. От дурного соседа можно уйти, злую жену укротить можно. А вот от дурного разума никуда не уйдёшь, нигде не спрячешься. Всё с тобою будет. Видно, дурной разум — хуже всего на свете.

Похвалил царь Иван Васильевич Горшеню:

— Умён, разумен ты, Горшенюшка. Слушай: ты — для меня, я — для тебя. Скажи, чем тебя наградить?

— Ничего мне не надо, царь-государь. А коли твоя царская милость будет — сделай запрет продавать на пятьдесят миль глиняные горшки и тарелки. Никто бы тут, кроме меня, не продавал их. И я буду этим очень доволен.

— Хорошо, Горшенюшка, будь по-твоему. И ещё я тебе загадки скажу. Прилетят к тебе гуси — сумей по пёрышку выдернуть.

— Сумею, царь-государь.

Именитые люди слушают — ничего понять не могут.

Уехал Горшеня, а царь Иван Васильевич на другой же день издал приказ, чтобы у всех бояр, у всех воевод, купцов да попов не было посуды — ни золотой, ни серебряной, ни оловянной, ни медной, ни деревянной, а была бы только глиняная.

— Сам проверю, как мой приказ исполнять будут.

А Горшеня в то время дома сидел, да работал, рук не покладая: знай, лепит и обжигает горшки да тарелочки. Целый воз наделал.

А как закончил работу — повёз свой товар в город на торжище. Только приехал на торжище — кинулись к нему со всех сторон покупщики. Да не простые люди, а всё князья да бояре, воеводы да попы. Один другого локтями отталкивают, любую цену дают. Горшеня не успевает деньги получать.

После всех бежит главный боярин. Пузо — как бочка, борода — как лопата:

— Хорош ли товар, Горшенюшка?
— Хорош.
— Просим покорно. Много ли у тебя осталось?
— Да не так уж много. Сегодня на мои горшки да тарелки большой спрос.
— Продай мне всё, что у тебя на возу осталось.
— Купи.
— А во сколько горшок ценишь?
— Пятьдесят рубликов.
— Что ты?! В своём ли ты уме? Я в ином месте куплю — два гроша заплачу.
— Твоя воля.

Выругался главный боярин и ушёл с торжища. Побегал, поискал — нигде глиняных горшков не нашёл. Вернулся обратно.

— Ну, как, Горшеня, одумался? Какую цену назначаешь?
— Сто рублей за горшок.
— Как сто рублей? Видно, с ума ты сошёл!
— Сошёл или нет — а цена горшку сто рублей.
— Ах ты такой-сякой! Оставайся ты тут со своими горшками!

Покричал и ушёл. Походил, походил боярин по рынку и думает: кто знает, а вдруг ко мне сам царь-государь пожалует, а у меня ни одного глиняного горшочка нет. Тогда смотри — и головы лишишься.

Опять вернулся:

— Ну, Горшеня, сколько же горшок стоит?
— А теперь ни за какие деньги не продам. Свези меня на себе — уважу тебя, без платы горшок дам. А не повезёшь — другой охотник найдётся. Сегодня на мой товар большой спрос.

Видит боярин — деваться некуда. Платить за горшок сто рублей жалко, без горшка остаться боязно. Думал-думал боярин, да делать нечего:

— Ладно, — говорит, — повезу.

Выпряг Горшеня лошадь. На место неё поставил в оглоблю боярина, запряг:

— Но-о-о! Поехали.

Пыхтит боярин, отдувается. А сам везёт да везёт Горшеню. Горшеня кнутиком помахивает да во весь голос песню поёт. Вёз-вёз боярин и спрашивает:

— Да до коих же мест везти тебя?
— Вези хоть до царского дворца.

Весело поёт Горшеня. А возле дворца ещё громче запел. По песне его царь Иван Васильевич его и узнал:

— Это, видно, мой Горшеня едет.

Выглянул в окошко, говорит:

— Здравствуй, Горшенюшка. С приездом.
— Благодарствую, царь-государь.
— Да на ком ты едешь?
— На дурном разуме.

— Ну, молодец ты, Горшеня. Истинно молодец. А как, гуси прилетали?
— Прилетали, царь-государь.
— Сумел по пёрышку выдернуть?
— Сумел, царь-государь. Да ещё по золотому.
— Ну, входи в палаты, гостем будешь.

Посадил царь Иван Васильевич возле себя, стал его потчевать. А бояре да именитые люди сидят, косо на Горшеню посматривают, а сами сговариваются: как бы на него царский гнев, немилость направить. И затеяли они игру.

Боярин, что на самом конце стола сидел, ударил наотмашь по щеке другого и сказал:

— Передай дальше.

Тот размахнулся, соседа своего ударил — и те же слова говорит:

— Передай дальше.

Так и пошло от одного к другому и дошло до Горшени. Ударил его главный боярин по щеке и говорит:

— Передай дальше.

Радуются все — ловко они Горшеню подвели. Ничего ему не остаётся, как самого царя-государя ударить.

А Горшеня, не будь глуп, размахнулся со всей силы — БАЦ главного боярина по щеке:

— Передай обратно.

Засмеялся царь Иван Васильевич и говорит:

— Опять ты, Горшенюшка, догадливее всех оказался. Довольно тебе глину месить. Разувай-ка ты лапти, сбрасывай кафтан, надевай-ка сапоги да одежду моего главного боярина. А ты, боярин, обувайся в Горшенины лапти, одевайся в его кафтан — и отправляйся горшки лепить. Только вот не знаю — хватит ли у тебя на это ума-разума.