Святогор и Илья Муромец

Читать Былину «Святогор и Илья Муромец»

Как не далече-далече, во чистом во поле,
Тута куревка да поднималася,
А там пыль столбом да поднималася, —
Оказался во поле добрый молодец,
Русский могучий Святогор-богатырь.

У Святогора конь да будто лютый зверь,
А богатырь сидел да во косу сажень.
Он едет в поле, спотешается,
Он бросает палицу булатную
Выше лесушку стоячего,
Ниже облаку да ходячего.
Улетает эта палица
Высоко да по поднебесью;
Когда палица да вниз спускается,
Он подхватывает да одной рукой.

Наезжает Святогор-богатырь
Во чистом поле он на сумочку да скоморошную.
Он с добра коня да не спускается,
Хотел поднять погонялкой эту сумочку —
Эта сумочка да не ворохнется.
Опустился Святогор да со добра коня,
Он берет сумочку да одной рукой —
Эта сумочка да не сшевелится.
Как берет он обема рукам,
Принатужился он силой богатырской —
По колено ушёл да в мать сыру землю, —
Эта сумочка да не сшевелится,
Не сшевелится да не поднимется.

Говорит Святогор да он про себя:
«А много я по свету езживал,
А такого чуда я не видывал —
Что маленькая сумочка да не сшевелится,
Не сшевелится да не сдымается,
Богатырской силы не сдавается».
Говорит Святогор да таковы слова:
«Верно, тут мне, Святогору, да и смерть пришла».
И взмолился он да своему коню:
«Уж ты, верный богатырский конь,
Выручай теперь хозяина».

Как схватился он да за уздечку серебряную,
Он за ту подпругу золочёную,
За то стремечко да за серебряное —
Богатырский конь да принатужился
А повыдернул он Святогора из сырой земли.
Тут садился Святогор да на добра коня,
И поехал по чисту полю
Он ко тем горам да Араратским.

Утомился Святогор, да он умаялся
С этой сумочкой да скоморошною,
И уснул он на добром коне,
Заснул он крепким богатырским сном.

Из-под далеча-далеча, из чиста поля,
Выезжал старой казак да Илья Муромец,
Илья Муромец да сын Иванович.
Увидал Святогора он богатыря:
«Что за чудо вижу во чистом поле,
Что богатырь едет на добром коне,
Под богатырём-то конь да будто лютый зверь,
А богатырь спит крепко-накрепко».

Как вскричал Илья да зычным голосом:
«Ох ты гой еси, удалой добрый молодец!
Ты что, молодец, да издеваешься?
А ты спишь ли, богатырь, аль притворяешься?
Не ко мне ли, старому, да подбираешься?
А на это я могу ответ держать».
От богатыря да тут ответу нет.
А вскричал Илья да пуще прежнего,
Пуще прежнего да зычным голосом —
От богатыря да тут ответа нет.

Разгорелось сердце богатырское
А у старого казака Ильи Муромца.
Как берёт он палицу булатную,
Ударяет он богатыря да по белым грудям,
А богатырь спит, не просыпается.
Рассердился тут да Илья Муромец,
Разъезжается он во чисто поле,
А с разъезда ударяет он богатыря
Пуще прежнего он палицей булатною —
Богатырь спит, не просыпается.

Рассердился тут старый казак да Илья Муромец,
А берёт он шалапугу подорожную,
А не малу шалапугу — да во сорок пуд.
Разъезжается он со чиста поля,
И ударил он богатыря по белым грудям —
И отшиб он себе да руку правую.

Тут богатырь на коне да просыпается,
Говорит богатырь таково слово:
«Ох, как больно русски мухи кусаются!»
Поглядел богатырь в руку правую,
Увидал тут Илью Муромца —
Он берет Илью да за жёлты кудри,
Положил Илью да он к себе в карман —
Илью с лошадью да богатырскою,
И поехал он да по святым горам,
По святым горам да Араратским.

Как день он едет до вечера,
Темну ноченьку да он до утра,
И второй он день едет до вечера,
Темну ноченьку он до утра,
Как на третий-то да на денечек
Богатырский конь стал спотыкаться.

Говорит Святогор да коню доброму:
«Ах ты, волчья сыть да травяной мешок,
Уж ты что, собака, спотыкаешься?
Ты идти не мошь аль везти не хошь?»

Говорит тут верный богатырский конь
Человеческим да он голосом:
«Как прости-тко ты меня, хозяинушка,
А позволь-ка мне да слово вымолвить.
Третьи суточки да ног не складучи
Я вожу двух русских могучих богатырей,
Да и в третьих с конём богатырским».

Тут Святогор-богатырь да опомнился,
Что у него в кармане тяжелешенько;
Он берёт Илью за жёлты кудри,
Он кладёт Илью да на сыру землю,
Как с конём его да богатырским.

Начал спрашивать да он, выведывать:
«Ты скажи, удалой добрый молодец,
Ты коей земли, да ты какой орды?
Если ты богатырь святорусский —
Так поедем мы да во чисто поле,
Попробуем мы силу богатырскую».

Говорит Илья да таковы слова:
«Ай же ты, удалой добрый молодец!
Я вижу силушку твою великую —
Не хочу я с тобой сражаться,
Я желаю с тобой побрататься».

Святогор-богатырь соглашается,
Со добра коня да опускается,
И раскинули они тут бел шатёр,
А коней спустили во луга зелёные,
Во зелёные луга они стреножили.

Сошли они оба во белой шатёр,
Они друг другу порассказалися,
Золотыми крестами поменялися,
Они с друг другом да побраталися,
Обнялись они, поцеловалися —
Святогор-богатырь да будет больший брат,
Илья Муромец да будет меньший брат.

Хлеба-соли тут они откушали,
Белой лебеди порушали,
И легли в шатёр да опочив держать.
И недолго, немало спали — трое суточек,
На четвёртые они да просыпалися,
В путь-дороженьку да отправлялися.

Как седлали они да коней добрых,
И поехали они да не в чисто поле,
А поехали они да по святым горам,
По святым горам да Араратским.
Прискакали на гору Елеонскую,
Как увидели они да чудо чудное,
Чудо чудное да диво дивное:
На горы на Елеонские
Как стоит тута да дубовый гроб.

Как богатыри с коней спустилися,
Они ко гробу к этому да наклонилися.
Говорит Святогор да таковы слова:
«А кому в этом гробе лежать сужено?
Ты послушай-ка, мой меньший брат,
Ты ложись-ка во гроб да померяйся,
Тебе ладен ли да тот дубовый гроб?»

Илья Муромец да тут послушался
Своего ли братца большего —
Он ложился, Илья, да в тот дубовый гроб.
Этот гроб Ильи да не поладился —
Он в длину длинен и в ширину широк.

И вставал Илья да с того гроба,
А ложился в гроб да Святогор-богатырь.
Святогору гроб да поладился —
В длину по мере и в ширину как раз.

Говорит Святогор да Илье Муромцу:
«Ай же ты, Илья, да мой меньший брат,
Ты покрой-ка крышечку дубовую,
Полежу в гробу я, полюбуюся».

Как закрыл Илья крышечку дубовую,
Говорит Святогор таковы слова:
«Ай же ты, Илюшенька да Муромец!
Мне в гробу лежать да тяжелешенько,
Мне дышать-то нечем, да тошнешенько.
Ты открой-ка крышечку дубовую,
Ты подай-ка мне да свежа воздуху».

Как крышечка не поднимается,
Даже щёлочка не открывается.
Говорит Святогор да таковы слова:
«Ты разбей-ка крышечку саблей вострою».

Илья Святогора послушался,
Берёт он саблю вострую,
Ударяет по гробу дубовому.
А куда ударит Илья Муромец —
Тут становятся обручи железные.

Начал бить Илья да вдоль и поперёк —
Все железные обручи становятся.
Говорит Святогор да таковы слова:
«Ах ты, меньший брат да Илья Муромец!
Видно, тут мне, богатырю, кончинушка.
Ты схорони меня да во сыру землю,
Ты бери-ка моего коня да богатырского,
Наклонись-ка ты ко гробу ко дубовому —
Я вздохну тебе да в личко белое,
У тебя силушки да поприбавится».

Говорит Илья да таковы слова:
«У меня головушка есть с проседью —
Мне твоей-то силушки не надобно,
А мне своей-то силушки достаточно.
Если силушки у меня да прибавится —
Меня не будет носить да мать сыра земля.
И не надо мне твоего коня да богатырского —
А мне-ка служит верой-правдою
Мой старый Бурушка косматенький».

Тут-то братьица да распростились,
Святогор остался лежать да во сырой земли,
А Илья Муромец поехал по святой Руси
Ко тому ко городу, ко Киеву,
А ко ласковому князю ко Владимиру.

Рассказал он чудо чудное —
Как схоронил он Святогора да богатыря
На той горе на Елеонской.
Да тут Святогору и славу поют,
А Илье Муромцу да хвалу дают.
А на том былинка и закончилась.